Он оставался заключённым собственной оболочки. Тюремщиком становилась кровь, шумящая в ушах, а ключами гремел пульс, который бил по вискам и срывался на внутренний мат.

Закон — не весы. Закон — молоток. Кто держит молоток, тот и прав. Намджун держит его уже шесть лет. И руки его не дрожат.

Почта, куда приходят письма, которые так и не отправили.